Привидения

/Привидения
Привидения2018-03-13T17:06:29+00:00

Project Description

Семейная драма

Пьеса Генрика Ибсена
Перевод Анны и Петра Ганзен
Постановка и сценическая редакция Алексея Утеганова
Художник – Валерий Полуновский
Художник по костюмам — Екатерина Шапкайц
Художник по свету – з.р.культуры России Евгений Ганзбург
Видеосъёмка Ивана Кошонина
Видеомонтаж Татьяны Мишиной

Дом фру Алвинг словно кишит привидениями: ушедший в мир иной камергер Алвинг; пастор Мандерс, призывающий к праведной и правильной жизни; вернувшийся больной сын, жаждущий света и так похожий на отца… Жизнь, лишенная света, любви и радости, утекает сквозь пальцы, и никто не знает, как вернуть счастье, где спасение и как исправить содеянное…. . «Да, верно, вся страна кишит такими привидениями, должно быть, они неисчислимы, как песок морской. А мы такие жалкие трусы, так боимся света».

Премьера состоялась 27 февраля 2016 г.
Продолжительность спектакля — 1 ч. 50 мин. без антракта

Действующие лица и исполнители:

ФРУ АЛВИНГ з.а. России Анастасия Мельникова
ПАСТОР МАНДЕРС з.а. России Евгений Иванов
ОСВАЛЬД Виталий Гудков/Владимир Крылов
ЯКОБ ЭНГСТРАН з.а. России Анатолий Горин
РЕГИНА Варя Светлова
В видеосюжете участвуют:
Камергер Алвинг Сергей Бирюлин
Йохана Александра Сыдорук
Освальд в детстве Вова Крылов

Пресса о спектакле

Привидения Театра им.В.Ф.Комисаржевской
27 и 28 февраля Театр им.В.Ф.Комиссаржевской представит премьеру спектакля «Привидения» по пьесе Генрика Ибсена. Последний раз ибсеновские герои появлялись на этой сцене более 100 лет назад, в театре, открытом Верой Комиссаржевской в 1904 году. За пять лет существования театра было поставлено шесть ибсеновских пьес. Пьеса «Привидения» (1881 г.) стала своего рода ответом на те протесты, которые вызвал «Кукольный дом», где главная героиня Нора покидала дом, оставив детей и мужа. Своей новой драмой Ибсен хотел показать те последствия, которые возникают, если брак, построенный на ложном основании, искусственно цементируется и сохраняется.
Режиссер Алексей Утеганов:
В этой пьесе, мне кажется, исследуется очень важная проблема для сегодняшнего бытия: столкновение идеального и реального миров, которые оказываются несовместимыми. В разных религиях идеальный мир определяется по-разному, но смысл един: как жить человеку и как ему быть хорошим. У каждого из нас тоже есть представление об идеальном мире, и даже эти два идеала практически недостижимы. Битва происходит постоянно, на какую сторону становиться – неясно. Когда человек хочет сделать мир вокруг себя идеальным, он обязательно кого-то обидит и более того – уничтожит. В нашей пьесе у главной героини фру Алвинг есть представление о той идеальной жизни, которой она бы хотела жить – со своим сыном и со своим возлюбленным, и она пытается его воплотить. Единственная ее ошибка, оказывающаяся роковой при построении этой идеальной жизни в том, что интересы сына и возлюбленного – тоже разные.
Во время битвы реальности и идеалов все время есть жертвы, и к этому надо быть готовым. Сейчас, например, европейские идеалы демократии претерпевают серьезные испытания под натиском реальности жизни. Люди бегут от войны – их вроде бы надо спасать, и в Европу приехали беженцы. А дальше начинаются проблемы: в идеальной модели мы должны помогать другим, несчастным, но с ними все тяжелее и тяжелее. И постепенно реальность будет побеждать идеализм, желание помочь бежавшим от войны станет возникать все меньше и меньше… Неизвестно, чем это закончится: возможно, кто-то перестанет быть хорошим, или идеалы поменяются. И наш спектакль про это. В этих противоречиях, вероятно, и высекаются искры какого-то смысла бытия, человеколюбия, любви или ненависти — всё, из-за чего наша жизнь состоит. Еще наша жизнь состоит из счастья, которое человек получает всё время, только он склонен его не замечать: ему кажется, что счастье находится где-то там, впереди. Вот я сейчас проживу этот кусок времени, сделаю что-то и буду счастлив. Например, премьера нашего спектакля назначена на 27 февраля. Мы надеемся, что спектакль будет хороший, что зритель будет доволен — и вот тогда наступит счастье. Не совсем так — мы уже счастливы в процессе репетиций, занимаясь тем, что любим, совершая свои открытия. В финале спектакля ответом для главной героини звучит присказка ее покойного мужа, негодяя Алвинга, самого одиозного человека из этой компании: «что главное в жизни? – радоваться». И он это делал. Можно сказать, что этот негодяй и прожил самую счастливую жизнь. А остальные думали, что где-то там настанет радость, надо только немного потерпеть, «наши дети будут жить счастливо» — не будут. Если мы сейчас здесь сию секунду не обретем какую-то гармонию. Пусть на короткое время.
Заслуженная артистка России Анастасия Мельникова:
С моей героиней фру Алвинг мы очень разные, и поэтому мне так интересно. Я никогда не смогу так рассудочно выстраивать отношения, быть настолько сдержанной и крепко держать себя в руках. Ее степень сдержанности (может быть, это северный норвежский характер, где все страсти внутри) меня поражает и удивляет. Режиссер, в свою очередь, дал очень сильный болезненный «пинок», и я куда-то лечу, пытаясь максимально не содрать кожу, а по дороге пытаюсь свою героиню оправдать: каждый ее шаг, поступок. Другое дело, что я, Настя Мельникова, никогда в жизни не смогла бы так поступать. Это абсолютное оправдание для нее, но недопустимое поведение для меня. Когда ее обвиняют, что она отослала сына из эгоизма, – она спокойно объясняет, какой трагедией для нее было остаться без единственного любимого ребенка… И вся эта история о том, что каждый из нас делает другому больно, уверенный, что поступает благородно. Это для меня невероятный урок в жизни: когда я думаю, что помогаю, необходимо остановиться и подумать: а надо ли это человеку или нет?
Думаю, что часть женщин, которых, как правило, больше в зале, будет на моей стороне, и женское сострадание здесь столкнется с мужской логикой. Неприятие женской измены от мужской аудитории будет меня просто сносить: а что она хотела? А то, что фру Алвинг, захлебывалась от боли и поэтому прибежала к пастору – мужчин, думаю, интересовать не будет, а вот женщины понять смогут. Для молодежи, надеюсь, на первый план выйдут отношения с родителями. Я категорически против самых лучших, самых замечательных иностранных школ и пансионов, куда за бешеные деньги отсылают детей, потому что в 13-14 лет ребенку необходима мама. И поэтому я предельно внимательна сейчас с собственной дочерью: мы иногда ночами не спим и говорим-говорим-говорим… Почему фру Алвинг считает, что знает лучше, что нужно ее сыну, чем он сам? Ведь и его можно спросить об этом… Хочется, чтобы у каждого, кто выйдет с этого спектакля, было своё ощущение и своя версия произошедшего. Чтобы на выходе, получая пальто, возвращаясь домой, люди перезванивались и обсуждали: а ты думаешь, что можно было бы иначе? — Мне нужно сопереживание. Когда-то я поспорила с дивным и невероятно известным сегодня в Петербурге режиссером. Он спрашивал меня, зачем я пошла в театральный институт, зачем выхожу на сцену. И я тогда ему честно ответила: кроме того, что я получаю невероятное удовольствие от выхода на сцену, я искренне верю, что кого-то смогу изменить. Он смеялся надо мной, 16-летней, но я до сих пор хочу в это верить…С.Володина. Привидения Театра им.В.Ф.Комиссаржевской//Инфоскоп, февраль 2016
Борьба с привидениями
В свое время норвежский классик Генрик Ибсен шокировал публику правдой о том, что может скрываться за стенами благополучных домов. Сегодня его пьесы не вызывают эффект ледяного душа, но по-прежнему актуальны — напоминание о том, что за грехи отцов страдают их дети, лишним не бывает. Именно об этом новый спектакль «Привидения». Эту пьесу еще современники драматурга сравнивали с древнегреческими трагедиями, редкая из которых не замешана на теме родового проклятия. В центре семейной драмы — фру Алвинг, жертва условностей и общественных норм, которые сломали жизнь ей и ее сыну. Что дала эта роль Анастасии Мельниковой?ПОКОРЕНИЕ ВЕРШИНЫ
Я счастлива, что набралась наглости согласиться на роль фру Алвинг. Потому что это одна из вершин мирового репертуара. Но, как заметил однажды мой учитель, «с первой ступеньки падать неинтересно — ничему не научишься. Если уж падать, то с серьезной высоты». Вот я сейчас и начала свое восхождение. Посмотрим, чем закончится…
Удивительно, что режиссер Алексей Утеганов увидел во мне фру Алвинг. На самом деле у меня с ней нет ничего общего. Я никогда не смогу так рассудочно, как она, выстраивать отношения, быть настолько сдержанной и так крепко держать себя в руках. Но это-то и интересно — стать полной противоположностью себе на два часа сценического действа!
Мне хочется, чтобы каждый зритель, выходя из зала после нашего спектакля, имел свою версию произошедшего, а не навязанные нами оценки. Пусть каждый додумает эту историю по-своему… Но в любом случае мне спектакль уже дал очень многое. Через историю моей героини, ее отношения с сыном я особенно четко осознала: как же часто мы ошибаемся, думая, что делаем что-то во благо другому. У каждого из нас свое понимание этого самого блага.УРОКИ ФРУ АЛВИНГ
Почему фру Алвинг считает, что знает лучше, что нужно ее сыну, чем он сам? Почему она не остановилась однажды, не поинтересовалась, чего он хочет? Я разбираюсь с фру Алвинг и разбираюсь в самой себе. Мне ведь как матери тоже часто кажется, что я в силу возраста и жизненного опыта знаю, что лучше для моей дочери Маши. Но я прошу ее: «Приводи своих друзей, пусть они у нас делают уроки, репетируют отрывки для театральной студии». Мне нужно слышать и пытаться понять, что им надо.
Пьеса Ибсена очень важна и с этой точки зрения — она показывает, как легко может развернуться пропасть между ребенком и родителями. Поэтому я сейчас предельно внимательна со своей дочерью: мы иногда ночами не спим и говорим-говорим-говорим. В переходном возрасте родители должны разговаривать с детьми, а не отделываться: «У меня дела».
Машка сильнее меня — она умеет держать удар. Она все в себе держит, но ночами, когда засыпает, иногда проговаривается, и я понимаю, как ей тяжело. Она не срывается в агрессию, она просто страдает: «Мама, у меня все есть, а мне хочется плакать! Почему?!» Я объясняю: «Все нормально, просто идет перестройка организма». Но надо услышать этот вопрос, быть рядом, чтобы ответить на него, чтобы у ребенка не возникало ощущение, что он одинок.
Но я никогда не давлю на нее. Не считаю, что мамы должны знать все. Какой-то частью своих переживаний она должна делиться с подругами. Никогда не залезу в соцсети, не буду читать ее переписку. Хотя иногда мне говорят, что я неправа, что надо знать, чем дышит ребенок, чтобы — не дай бог — вовремя остановить какие-то вещи. Но… Знаете, когда я Машку родила, это было два килограмма счастья у меня на руках, я столько специальных книжек прочла, всех вокруг спрашивала: «А дальше-то как?! Как растить? Как воспитывать?» И мама сказала замечательную фразу: «Ты люби, а дальше сердце подскажет».
Не знаю, правильно я воспитываю дочь или нет. Надеюсь, что правильно. Но главное, чего я хочу добиться, чтобы детство было для нее защитой. Мой папа так говорил мне и моим братьям: «Я не знаю, как у вас сложится жизнь, но у вас должно быть такое детство, чтобы воспоминания о нем спасали вас в трудные минуты».

Алексей Утеганов: «Да, Настя не совпадает на все 100 процентов со своей героиней. Но кое-что у них есть общее. Настя старается заботиться обо всех, она и в депутаты из-за этого пошла. Она всем помогает, желая, чтобы мир стал лучше. Также и фру Алвинг пытается помочь и сыну, и мужчине, которого любит всю жизнь, и внебрачной дочери мужа и даже печется о памяти покойного мужа, хотя и знает, что он негодяй. Вот эта вечная забота о ком-то или о чём-то объединяет фру Алвинг и Настю».

НЕ БАБСКОЕ ДЕЛО
Сегодня к изменам относятся проще, чем во времена Ибсена, и все же тема эта остается актуальной. И я уверена, что в зрительном зале женское сострадание столкнется с мужской логикой. Но, признаюсь, моя жизненная позиция не отличается от позиции большинства мужчин: что можно мужчине, нельзя женщине. Только не подумайте, что я оправдываю мужскую измену. Но мы должны признать: мужчина полигамен по своей сути. Мы, женщины, не только в физическом, но и духовном, нравственном плане другие. И мы не имеем права изменять.
Может быть, во мне эта радикальность, оттого что я органически не выношу грязи — в буквальном и переносном смысле. Вот когда-то в 16 лет первокурсницей я приехала в колхоз на картошку. Жили мы все в бараке. И как вы думаете, кто вставал за полчаса до всех? Дочка Алисы Фрейндлих и Игоря Владимирова и дочка профессора Мельникова. Мы набирали воду, грели ее на печке и, пока все спали, намывали весь барак. Настирывали, наглаживали салфеточки, скатерти, чтобы потом не на клеенке есть, а на скатерти. А затем вместе со всеми надевали ватники и шли копать картошку. Но оттого, что вокруг уют и чистота, мне становилось комфортно. То же самое и с душой. Когда в ней грязь, разве может быть гармония?
Мне часто говорят: «Какая, Настя, ты сильная! Какая ты молодец! Дерево посадила, квартиру сделала, дом построила, осталось сына родить!» Я кричу на это: «Это мужик должен дома строить, деревья сажать! Я маленькая хрупкая женщина и все это делаю в силу того, что так сложились обстоятельства. Как только появится возможность повесить все свои заботы на какую-нибудь шею, тут же это сделаю. Только я должна знать, что это надежная шея. Но, как бы то ни было, я ни на что не жалуюсь — как есть, так и есть. Глупо из этого делать трагедию. Мне больше нравится получать удовольствие от жизни.

ТЕАТРАЛЬНЫЙ ЩИТ
Вы не представляете себе, как я счастлива, когда репетирую. Да, разрываюсь между Думой и домом, между миллионом общественных дел и семьей. Да, устаю. Но если я в течение месяца не выхожу на сцену, мне плохо. Когда я вышла замуж в 19 лет, муж поставил условие: либо семья, либо профессия. Я выбрала семью. Тогда для меня не было никакой трагедии. Будучи свято уверенной, что для женщины главное — семья, я спокойно села дома. Но природа взяла свое. Через три года мое предательство профессии обернулось тяжелейшим нервным срывом. Врачи вызвали мужа и мою маму и сказали: «Если вы не отпустите ее в профессию, она может уже не встать». Я актриса, и я не могу жить без театра. К тому же, наверное, он дает мне уход от того, что за всю свою жизнь я пережила — а у меня было и невероятно много хорошего, и безумное количество беды. И театр — это моя защита…

Актриса и депутат Анастасия Мельникова: надо не только брать, но и отдавать
Если бы Анастасия Мельникова была только актрисой, ей уже были бы гарантированы любовь и уважение публики. Но она еще прекрасная мама, которую можно ставить в пример другим родителям. И депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга, человек, которому верят и к которому идут за помощью. Как ей удалось решить дилемму «работа – семья»? Какие свойства характера заложили в нее родители, чтобы она не подхватила звездную болезнь? Об этом и многом другом мы и беседуем с Анастасией Мельниковой.
«Петербургский дневник»: Анастасия, хочу вас поздравить с премьерой спектакля «Привидения» по пьесе Генрика Ибсена в постановке Алексея Утеганова, которая состоялась буквально на днях в Театре им. В. Ф. Комиссаржевской. Ибсен считается трудным автором, сложным для восприятия современного зрителя.
Анастасия Мельникова: И я очень благодарна Алексею Утеганову, что он выбрал то, что и сегодня звучит так актуально. Когда он первый раз сказал мне о своем замысле, я подумала: «Ну не может мать бросить своего ребенка!» А потом вспомнила тех мам, которые остались одни со своими детьми. О тех семьях, где родились дети с особенностями развития и мужья их бросили, оставив один на один с бедой. Поэтому в спектакле нет ни одной фразы из тех, что произношу, которой бы я не понимала.
«Петербургский дневник»: А как шла работа над спектаклем?
Анастасия Мельникова: Были сложности с моим расписанием, занятостью других артистов, болезнью одного из героев. Алексей смеялся, что первый раз в его жизни он переиграл на репетициях за всех артистов. Однако, несмотря на то что пьеса грустная, обстановка на репетициях была удивительно доброжелательной. Да и реакции зрителей тоже. Для меня это имело особое значение. Я в Театре им. В. Ф. Комиссаржевской больше 20 лет. Но последние годы я на его сцену не выходила. Для меня это было, как сказал режиссер, возвращение блудной дочери. И я безумно благодарна, что меня встретили так, будто я после длительного отъезда вернулась домой.
«Петербургский дневник»: «Привидения» – пьеса о родовом проклятии. А у вас семья замечательная. Значит, это была роль на сопротивление?
Анастасия Мельникова: Конечно. Я бы никогда не смогла отослать ребенка, не смогла бы всю жизнь любить человека, которому не нужна. У меня всегда так складывалось, что чувство возникало в ответ. И когда я в детстве читала книги о безответной любви, то всегда молила: «Боженька, только убереги меня от этого».
«Петербургский дневник»: И все таки в вашей жизни не все было гладко.
Анастасия Мельникова: Но у меня всегда была моя семья. Я росла с двумя братьями и всегда знала, что не буду одна. Никто никогда не говорил нам, как надо жить. Просто родители относились ко всему – к работе, к нам, детям, к дому, к стране – с любовью и большой ответственностью.
Помню, как папа – хирург с мировым именем, просыпаясь, первым делом звонил в клинику – узнать, как его пациенты пережили ночь. И мама, также хирург, у нас такая же.
Сейчас мне семьи очень не хватает– в силу моей и их занятости мы видимся не так часто, как хотелось бы. Но я знаю, случись что – всегда рядом со мной и с Машкой (дочь А. Мельниковой. – Ред.) будут родные люди.
«Петербургский дневник»: Сейчас многие отправляют своих детей учиться за границу. Не было ли у вас такого искушения?
Анастасия Мельникова: У Машки сейчас переходный период, и она дивно его проходит. Не грубит, не хлопает дверью, не стала хуже учиться. Но ей постоянно надо что то проговаривать, особенно ночами. И я в этот момент обязательно должна быть рядом. Поэтому, когда меня спрашивают, почему я не отправляю ее за границу, отвечаю – для меня это дико. Если бы была возможность поехать туда вместе с ребенком, тогда другое дело.
Я вижу плоды тех «дипломатических» отношений, когда родители отправляли детей за границу. Знаю, как страдают они сейчас. И у меня возникает вопрос: а чего вы хотели, если в самый тяжелый период вы отдалили ребенка от себя?
Я к Машке в комнату никогда не войду не постучавшись. Когда я чувствую, что она хочет побыть одна, ее личное пространство нарушать не буду. Но когда она захочет со мной поговорить, я брошу все и приду.
«Петербургский дневник»: Бывает, что некоторые используют ребенка, чтобы скрепить семью, удержать мужа.
Анастасия Мельникова: Я убедилась (не говорю, что права, это только опыт), что любят в первую очередь женщину. Ребенок может удержать какое то время мужчину на чувстве долга и порядочности. Но вот убейте, мне не надо, чтобы со мной жили только из чувства порядочности. Ребенок будет видеть эту фальшь.
Знаю семью, где родители много лет живут по разным комнатам. И дети видят тоску в их глазах. «Как я хочу увидеть глаза мужчины, который с любовью смотрит на женщину», – написал один из них в своих стихах. Если человек 21 года из полной семьи, где растут шестеро детей, пишет такие строки, значит, он никогда не видел любви между мамой и папой. Тогда ради чего все это? Мне понятнее, когда мама с ребенком живут вдвоем, чем вот так.
«Петербургский дневник»: А если бы вы вдруг захотели изменить свою жизнь и выйти замуж, как бы Маша отреагировала на это?
Анастасия Мельникова: Она раньше очень переживала и говорила, что если я захочу выйти замуж, то она не будет против. А сейчас говорит: «Мама, прости, ты всю жизнь жила ради меня. И я пока не готова, я хочу быть только с тобой».
А несколько месяцев назад, читая мое интервью, где я говорю, что до 18 лет принадлежу только Маше, а дальше я буду решать сама, она говорит: «Не волнуйся, мама. Я пораньше поумнею». То есть если я попрошу, то смогу выйти замуж и жить полноценной семьей. Но я буду видеть, что мой ребенок несчастлив. Я смогу тогда быть счастлива? Мне так не надо. Считаю, что нельзя ломать ребенка, нужно просто немного подождать, когда это все будет гармонично и естественно.
«Петербургский дневник»: А могли бы вы поделиться своим секретом воспитания?
Анастасия Мельникова: Секретов нет. Есть опыт, который я получила в собственной семье. Опыт воспитания добротой и любовью.
Как то однажды моя мама сказала одну дивную фразу: «Ты люби ее, а дальше сердце подскажет». Я очень боюсь давать советы и считаю себя не вправе это делать. Вот когда я выращу свою девочку, и она вырастет такой, какой бы я хотела, то тогда можно. Универсальный совет, который даст, наверное, любая мама – очень любить своего ребенка.
«Петербургский дневник»: Наверное, к вам, как к депутату, нередко обращаются с семейными проблемами?
Анастасия Мельникова: Да, и очень много. То бросил муж и жить не на что, то ребенка не устроить в детский сад. Недавно, например, приходила женщина, очень плакала. У нее это второй брак, есть девочка полтора годика и мальчик от первого мужа, в 10-м классе, блестяще учится. А отчим изводит ребенка. Она плачет и спрашивает, что ей делать, ведь для нее оба ребенка родные?
Я говорю: советов дать не могу. Но как женщина скажу: если бы кто то хоть пальцем тронул моего ребенка, он бы вылетел сразу. А эта женщина так не может, говорит, нечем будет кормить детей. Я предложила мальчику пойти в кадетский корпус. А через некоторое время она пришла и сообщила, что муж ушел. И попросила помочь устроить малышку в садик, чтобы она могла пойти работать хотя бы на полдня.
Бывают и другие ситуации. Недавно звонят люди и рассказывают: у них в доме умер человек, который свою квартиру превратил в помойку. И когда прорвало батарею, все накопившиеся нечистоты потекли вниз и затопили три этажа. Люди жалуются во все инстанции, а им отвечают, что все в порядке. Я поехала туда со своими помощниками, спустилась вниз и увидела, что два пожилых человека спят на раскладушке на кухне. Потому что в комнате грязные потоки по стенам, все в грибке, и они так живут больше года. Пришлось звонить главе района.
Другой раз приходит на прием дама, которая задыхается от пара в подвале. А в жилконторе говорят, что все починили. Приезжаю, фотографируюсь рядом с трубой и отправляю начальству.
Да, я постоянно пытаюсь кому то помочь, используя свою известность. Течет крыша, в подвале болото – раньше звонила актриса Настя Мельникова, а теперь разбирается депутат Мельникова. И все знают, что я сама приеду, приведу журналистов, пойду к главе района, но не оставлю это дело просто так.
А чтобы лучше разбираться в таких вопросах, летом я окончила Университет сервиса и экономики по специальности «Муниципальное управление».
«Петербургский дневник»: Вы необыкновенно искренни и открыты, и знаю, что люди вам верят. Как на все хватает времени и сил?
Анастасия Мельникова: Люди это чувствуют. Помню, как то в БКЗ «Октябрьский» я должна была произносить официальную речь. Но я сказала про Наташу Ростову, которая считала, что надо не только брать, но и отдавать. И людям я никогда не лгу, может быть, оттого они ко мне и идут.Анастасия Мельникова снялась в более чем 30 фильмах. А скоро ее можно будет увидеть в музыкальной мелодраме молодого режиссера Ксении Баскаковой «Птица», снятой на киностудии «Ленфильм». В центре сюжета девочка Катя и лидер рок-группы Олег. Их встреча переворачивает жизнь обоих.
Заслуженную артистку России Анастасию Мельникову можно увидеть в спектакле «Привидения» по пьесе Генрика Ибсена, где она исполняет роль фру Алвинг. Он идет на Малой сцене Театра им. В. Ф. Комиссаржевской. Также актриса исполняет главную роль в спектакле «Миллионерша», поставленном по пьесе Бернарда Шоу Михаилом Апарцевым в Санкт-Петербургском государственном академическом Театре Комедии им. Н. П. Акимова. Кроме того, Анастасия Мельникова занята в пьесе петербургского драматурга Алексея Козырева «На брудершафт», режиссер Алексей Утеганов. Вместе с заслуженным артистом России Сергеем Кошониным они разыгрывают лирическую историю, от которой веет теплом и романтикой. Спектакль идет в театре «Алеко».
Покуда бьётся твоё сердце
Покуда бьется твое сердце
Что делать, если лики давно минувшего времени терзают твой рассудок и не покидают твой дом, твою жизнь? На этот вопрос ответить сложно. О том, что тени прошлого могут сделать с настоящим — в спектакле «Привидения», премьера которого состоялась 3 апреля на сцене Театра им. Комиссаржевской.
Спектакль по одноименной пьесе английского писателя конца 19-ого века Генрика Ибсена «Привидения» ставился впервые в Театре им. Комиссаржевской еще в 1904 году, в то время здесь шло много спектаклей по мотивам ибсеновских драм. Даже сама Вера Федоровна Комиссаржевская играла в одном из таких спектаклей. Ибсен создал «Привидения» в противовес своему же творению «Кукольный дом», который вызвал шквал пересудов у него на родине. Было много разговоров о том, что главная героиня «Кукольного дома» по сюжету бросает свою семью и исчезает из родного дома, кидая вызов нравственности. В пьесе «Привидения» и в спектакле режиссера Алексея Утеганова все совсем наоборот. Здесь жена остается в доме своего умершего супруга и до последнего старается все делать по правилам хорошего тона, только от этого не легче никому – ни героине, ни зрителям. Попытки убежать от прошлого загоняют женщину в тупик, пережитки бурной молодости ее мужа, семейные тайны и многое, что она так хотела забыть, будто повторяется. Привидения преследуют ее, даже когда у нее появляется шанс со всем покончить и начать новую жизнь.
Роль фру Алвинг исполнила известная петербургская актриса Анастасия Мельникова, знакомая зрителям благодаря роли Анастасии Абдуловой в сериале «Менты». Между прочим, Анастасия Мельникова еще и депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга, а также заслуженная артистка России и просто хорошая актриса самого Театра им. Комиссаржевской. В этой семейной драме она играет добрую, любящую женщину, которая отдает всю себя ради того, чтобы только окружающим хорошо жилось.
Судя по названию, спектакль «Привидения» должен был содержать мистическую составляющую, однако она присутствует лишь номинально. Привидения – это скорее аллегория всего, что когда-либо было в этом доме. Мы их не видим, но они, безусловно, есть, их можно почувствовать.
В декорациях, сооруженных на сцене, на первый взгляд ничего странного. Сервированный стол, картины – и только потом обращаешь внимание, что это не картины, а пустые рамы от них, искусно замаскированные под отделку стен, в них не отображается ровным счетом ничего. Быть может, это непростые картины, и каждый герой видит в них то, что больше всего его мучает? Ведь именно на месте этих безликих картин время от времени появляется видеоизображение с проектора. Зрителям показывают кадры из жизни хозяина дома, записанные на кинопленке, эдакую хронику былых времен. Этот прием помог отлично раскрыть сюжет самого произведения, ведь предысторий в спектакле достаточно, и нужно с ними ознакомиться, чтобы понять всю его суть. Моменты особенно странные и напряженные, даже страшные, сопровождались необычным звоном посуды, превращавшимся каждый раз в эхо, которое проникало в каждый уголок зала. Поэтому не зря стол был так изысканно сервирован фарфором и хрусталем, пронзающий звук создавал иллюзию чего-то потустороннего. Это, пожалуй, лучшее, что могло пощекотать нервы и разбавить постановку, поскольку сам спектакль был не столь динамичным, временами даже чуть-чуть меланхоличным. Однако, скрываясь за вполне размеренным развитием событий, зрителю, тем не менее, открываются настоящие страсти, кипящие внутри этого почти проклятого дома.
В спектакле затрагиваются в первую очередь острые социальные темы, например, тема неудачного замужества, которое повлекло за собой много несчастий. Женская судьба здесь переполнена страданиями, но главная героиня терпеливо надеется, что вот-вот обретет настоящую свободу и покой. На протяжении многих лет она приносила в жертву свое счастье, отрекалась от истинной любви и связала свою жизнь с ужасным человеком, который изменял ей с ее же горничными и от которого она была вынуждена изолировать сына. Фру Алвинг после долгих лет томлений теперь может быть рядом со своим возлюбленным — пастором Мандерсом (Евгений Иванов). Она хочет сделать из поместья капитана Алвинга пансионат для бедных, тем самым пытаясь расплатиться за все содеянное ее непутевым, любвеобильным мужем.
В этот момент в отеческий дом возвращается Освальд Алвинг (Виталий Гудков), привыкший называть себя блудным сыном. Он не видел материнской ласки, почти не знает отца — когда-то было решено, что будет лучше, если его отдадут на воспитание учителям в другом городе. Сейчас Освальд стал свободным художником и даже не думал, что ему придется расплачиваться за ошибки своего отца. А их, как выяснилось, оказалось не мало. Должен ли сын расплачиваться за грехи родителя? Спорный вопрос. Но иногда бывает так, что это происходит само собой, потому что последствия самых потаенных секретов родителей вдруг приобретают новую силу — и сокрушительного исхода уже не избежать.
Роковая история, которая произошла в этом доме давным-давно, преподносится очень интересно. Красивая молодая пара: он учит ее играть на виолончели, они находятся очень близко друг другу, слышится их учащенное дыхание — а музыка льется сама собой. Такой эпизод из прошлого мы видим на видеоэкране, это покойник Алвинг со своей любовницей, матерью прежней горничной в доме Алвингов. Точно такая же сцена случается и в настоящем, в самом спектакле, только на месте капитана Алвинга его сын Освальд со своей возлюбленной служанкой Региной (Варвара Светлова). Свидетелем этой сцены становится хозяйка дома, она видит своего сына, как две капли воды похожего на отца, и тот злополучный вечер повторяется в точности. Именно воспоминания фру Алвинг только что были показаны на экране.
Про Освальда стоит сказать несколько слов отдельно — молодой художник внес в грустную постановку некоторую долю легкости. Несмотря на то, что круг неприятных событий все же замыкается на нем и выясняется, что он влюблен в собственную сестру, это не нагнетает обстановку, поскольку герой ведет себя раскованно. Ему по большому счету все равно, что происходит. Он смертельно болен, он больше не может рисовать, так как в его доме и окрестностях не бывает солнца. И если для его матери привидения – это сцены давно минувших дней, то для Освальда привидением стало все вокруг, сама серая реальность.
Психологическая драма, которая поведала о том, как крепки (и в хорошем, и в плохом смысле) бывают семейные узы, почему-то вызывает ассоциации с романом Маркеса «Сто лет одиночества». Роман намного моложе произведения Ибсена и кардинально отличается сюжетом, но там так же изображается взаимодействие между поколениями в одном роду, и при этом временные рамки размыты. В спектакле «Привидения» прошлое и настоящее тоже существуют параллельно, в этом и есть смысл тех самых привидений, не дающих никому покоя. Привидения – это и есть само прошлое.
Финальная сцена поражает своей пронзительностью. Фру Алвинг одна – одна за огромным столом, одна в этой жизни. Рядом никого – ну, разве что привидения, от которых, к сожалению, не спасешься, покуда бьется твое сердце.
Любовь с привидениями
На Малой сцене Театра им. В.Ф. Комиссаржевской недавно выпустили две интересные премьеры. Алексей Утеганов обратился к семейной драме Генрика Ибсена «Привидения», лично сделал оригинальную сценическую версию с комическими черно-белыми видеовкраплениями эпизодов из прошлого и предложил главную роль заслуженной артистке России и депутату Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Анастасии Мельниковой. При всем уважении к заслугам уважаемой Анастасии Рюриковны, спектакль — прежде всего, режиссерская удача и триумф художников. Постановка изобретательна и чувственна, с превосходной эстетикой и остроумными ходами.
Валерий Полуновский придумал атмосферное, красивейшее серо-белое решение декораций и реквизита, с акцентными и «игровыми» вкраплениями фарфора, стекла и хрусталя. Чинно сервированный стол становится центром событий и разборок: его не обойти, вокруг него по сути крутится действие, и в стесненных условиях камерной сцены актерам приходится изобретательно вокруг стола пробираться, задумчиво сидеть за ним, в экстазе вскакивать на него, греметь приборами, нервно зажигать и гасить свечи… В этой семейной драме нарочито неловкая суета с семейными портретами, мучительный хруст крафт-бумаги, тоскующий голос саксофона дополняют надрыв и усиливают эффект, а блестящий художник по свету Евгений Ганзбург добавляет еще и мистической визуальной красоты в действие.
На столь же высокой психологической ноте, с тем же деликатным подходом к жизненным коллизиям, с подобным же продуманным подбором винтажного реквизита и оформлением декораций, но в максимально житейском, без экивоков, ключе преподносит свою историю постановщик спектакля «про Любовь» (а милейшую героиню-неудачницу Любой зовут), шикарная характерная актриса и уверенный, состоявшийся режиссер Маргарита Бычкова. Взяв за основу рассказы Шукшина и отменно — вплоть до мельчайших нюансов как в оформлении, так и в состоянии, — передав славные, добрые 70-е годы, она беседует со зрителем о женской доле и о тщетных незатейливых попытках устроить личную жизнь, без которой, как известно, все меркнет и теряет смысл.
Сценограф и художник Александр Горенштейн идет с режиссерской мыслью нога в ногу и мыслит в такт. Каждая узнаваемая деталь обстановки и костюмов здесь — «в самую точку». В ностальгическом этом антураже царит обаятельная Елена Андреева — признанный мастер эпизодов и непревзойденный исполнитель ролей второго плана. С искренним трепетом, благородным волнением и большим достоинством играет она первую в своей театральной карьере по-настоящему серьезную роль.
Фактически это «личное дело» в художественном изложении, монолог, исповедь — настолько же интимная и сокровенная, какими бывают личные дневники. Даже неловко подчас становится за откровенные душеизлияния простой советской буфетчицы, честной труженицы, в песнях воспетой, но мучительно «по жизни» одинокой.

Видеосюжеты