Вера Федоровна Комиссаржевская[27 октября (8 ноября) 1864, Петербург — 10 февраля (23 февраля) 1910 года, Ташкент], русская драматическая актриса.
Театр на Итальянской, 19 носит имя Веры Федоровны Комиссаржевской более 55 лет (с 1959 г.). Покинув казенную, императорскую сцену Александринского театра, 15 сентября 1904 года Вера Федоровна открыла собственный Драматический театр спектаклем «Уриэль Акоста» К. Гуцкова с Павлом Самойловым в главной роли. А уже через два дня состоялась премьера «Кукольного дома» Г. Ибсена. В главной роли выступила сама Комиссаржевская. Опаленная бурной эпохой, великая актриса строила «театр свободного актера, театр духа», который современники называли питерским МХТ. В состав дирекции вошли режиссеры школы МХТ. Для самой Комиссаржевской первые два сезона существования ее театра были временем редкой цельности устремлений и их воплощения: здесь она сыграла современных героинь из пьес Г. Ибсена, М. Горького, «знаньевцев» Е. Чирикова и С. Найденова, Г. Гауптмана, А. Чехова.

ВЕРА ФЕДОРОВНА КОМИССАРЖЕВСКАЯ (из биографии)

Первые шаги в искусстве
Вера Комиссаржевская – дочь оперного певца Мариинского театра Федора Петровича Комиссаржевского. Девочка росла в атмосфере любви к музыке и театру, с детства увлекалась домашними спектаклями. Вышла замуж за графа В. Л. Муравьева, брак с которым оказался неудачным и длился недолго. В 1888-1889 некоторое время брала уроки драматического искусства у Владимира Николаевича Давыдова.
В 1890 году, переехав в Москву, Вера Комиссаржевская принимала участие под псевдонимом Комина в вокальных вечерах и спектаклях оперно-драматического училища при Обществе искусства и литературы, одним из организаторов которого был ее отец. С осени 1893 начала профессиональную актерскую карьеру в Новочеркасске, следующие два сезона провела в Вильно, где снискала особую любовь публики. Выступления Веры Комиссаржевской летом 1894 в пригородах Петербурга привлекли внимание столичных театральных кругов, что вызвало приглашение на казенную сцену.
Актриса, опередившая свое время
В апреле 1896 состоялся первый выход Комиссаржевской на подмостки Александринского театра в одной из лучших ее ролей — Рози («Бой бабочек» немецкого писателя Германа Зудермана). В. Комиссаржевская принесла с собой на театральную сцену новую манеру, поражавшую своей необычностью. Одних разочаровали слабость физических средств актрисы, ее техническое несовершенство, отсутствие необходимой для инженю веселости и жизнерадостности. Другие были восхищены волнующей новизной ее игры, величайшим нервным напряжением и одухотворенностью. Она умела передавать зарождающиеся, неопределившиеся чувства и неотчетливые, порывистые стремления; ей были подвластны тревожно-смутные, зыбкие настроения.
В страстных, глубоких героинях распахивалась натура Комиссаржевской — тонкая и чуткая, мятущаяся и неудовлетворенная, максималистская в своих этических требованиях. Раскрытие жизни души как вечной и единственной ценности было сутью и смыслом ее трепетного, неуравновешенного искусства, которое она противопоставила художественно-упорядоченному мастерству создания образа, достигшему на александринской сцене почти совершенства. Ее творчество было остро современным, созвучным новым веяниям эпохи, нарождающимся художественным тенденциям. Оно отличалось небывалой прежде лирической откровенностью, душевной исповедальностью, утонченным музыкально-поэтическим строем. За шесть лет, проведенных в Александринке, Вера Комиссаржевская переиграла многие свои ставшие знаменитыми свои роли: Ларису и Варю («Бесприданница» и «Дикарка» А. Н. Островского), Нину Заречную («Чайка» А. П. Чехова, единственная «Чайка», которую всем сердцем принял автор), Наташу («Волшебная сказка» И. Н. Потапенко), Марикку («Огни Ивановой ночи» Г. Зудермана). Кроме того, выступила в классических произведениях, как русских — Софья («Горе от ума» А. С. Грибоедова), так и европейских — Маргарита («Фауст» Иоганна Вольфганга Гете), Дездемона («Отелло» Шекспира).
Новый театр
Будучи не удовлетворенной художественной атмосферой театра, чувствуя себя творчески чужой и одинокой, летом 1902 Вера Комиссаржевская покинула императорскую сцену. Следующие два сезона Комиссаржевская провела в поездках по провинции, где и раньше ежегодно гастролировала. Целью этого двухгодичного турне стал сбор средств для собственного театра. Открывшийся осенью 1904 в помещении петербургского Пассажа Драматический театр оказался в центре общественного внимания накануне первой русской революции. Спектакли «Дядя Ваня» Чехова, «Дачники», «Дети солнца» М. Горького, «Кукольный дом (Нора)» и «Строитель Сольнес» Генриха Ибсена стали ядром нового театра — Театра Комиссаржевской.

«Очень трудно мне будет для своего будущего театра найти режиссера, который давал бы артистам свободно разобраться в пьесе и ролях, а затем умело синтезировал бы в художественное целое их откровения и анализ. У нас режиссеры зачастую не дают проявляться индивидуальности актера, навязывая свое толкование. Вот и у Станиславского – деспотизм. Я высоко ставлю его подвиг в театре и чуть-чуть не согласилась служить у него, но потом, подумав, решила, что мы оба не уступим друг другу, и ничего хорошего не выйдет».(В.Комиссаржевская)

В начале сезона 1906-1907 годов одновременно с переездом в новое помещение в театре грянули перемены, связанные с приглашением в качестве режиссера В. Э. Мейерхольда. Осуществленные им эксперименты в области символистского театра («Гедда Габлер» Ибсена, «Сестра Беатриса» М. Метерлинка, «Жизнь человека» Л. Н. Андреева) увлекли актрису, одержимую поиском путей освобождения сценического искусства от внешнего быта ради проникновения в духовную сущность. Но спустя год наступило разочарование, приведшее к конфликту и разрыву.

В разладе с современным театром
Весной 1908 Вера Комиссаржевская совершила гастрольную поездку в Америку. Несмотря на успех этих гастролей, актрису не покидают сомнения, неудовлетворенность, доходящая до отчаяния. 8 февраля 1909 Комиссаржевская, в последний раз выступив перед петербургской публикой, отправилась в длительное турне по России. 10 ноября в письме из Ташкента, обращенном к труппе, объявила о своем уходе из театра. Там же заразилась черной оспой и скончалась 23 февраля 1910 года.
(М. Г. Светаева)

«…В ней не было отточенности школы. Импрессионизм, асимметрия времени, асимметрия жизни. Одни углы. Пришла на сцену поздно, в 29 лет. И принесла свою музыку. Ее тревожные, царапающие ноты голоса передавали надбытность. Она сама была символом времени, неся небывалую импульсивную простоту и естественность, порывистость, тревогу в предчувствии грядущих катастроф. Она была Незнакомкой, транслирующей со сцены зрителю несчастливость своих героинь, вызывая искреннюю жалость до щемящего обожания. Но в беззащитности и обреченности читалось стремление выстоять. Ее любили и ругали за крайний субъективизм на сцене, за ту трещинку, от которой шла нежная вибрация. Героическое было в ее многочисленных персонажах современниц, выходивших на сцену в знакомых платьях. У Ницше было «Рождение трагедии из духа музыки», она же воздвигала храм музыки на месте драмы, и это тоже было признаком своего времени. «Героическое» звенело в ней весенней нотой и рвалось наружу. Ее угловатое суетливое искусство имело гипнотическое воздействие. Она хотела и делала все сама (в том числе, и чудовищные ошибки). Как дети в песочнице, она осваивала новые границы мира, покуда эти границы не сомкнулись за горизонтом, не ушли в бесконечность вселенной. Неутолимость мучившей ее жажды жизни тревожила и заражала. Впрочем, как беспечность до безрассудства, как одержимость. Оставаясь бездомной бесприютной странницей, она часто давала концерты в помощь нуждающимся. Заблудившаяся и заблуждавшаяся…» (М.Заболотняя)