Арикова Ольга Альбертовна

Ярким, оригинальным и актуальным театральным премьерам в нашем городе традиционно рады. Большой удачей и знаковым событием можно считать постановку «Прикинь, что ты — Бог» по произведениям современного румынского писателя и драматурга Матея Вишнека на сцене театра им. Комиссаржевской. Его называют «вторым Ионеско», выражая тем самым в этом сравнении склонность автора к осмыслению абсурдности нашего бытия в своих произведениях.
12 разнообразных по содержанию новелл, которые обозначены в программке бесхитростным словом «сценки». «Эта страна, блин, тобой дорожит», «Сэндвич с курятиной», «Я больше не твой милый зайка»- вот названия лишь некоторых из них. Интрига, провокация, неукротимое любопытство. Простая сценография: главным украшением сцены являются подвешенные под потолком лампочки, источающие яркий пронзительный свет. В глубине сцены притаилось трио музыкантов. По бокам сцены- стулья, на которых сидят актеры, ожидающие своей очереди перевоплотиться в своих героев и предстать перед публикой в той или иной истории.
Вереница непростых жизненных ситуаций и сюжетных линий: киллер, никак не решающийся выстрелить в жертву, слепой с собакой-поводырем, которая забывает дорогу домой, официантка из прибрежного кафе, которая ведет эмоциональные разговоры с … пустотой. Какие-то истории искренне заставляют смеяться, от прочих же на глазах наворачиваются слезы, а в горле возникает предательский горький комок. В некоторых «сценках» грань между абсурдом, трагедией или уморительной комедией можно считать неявной и размытой. Впрочем, а разве и сама наша жизнь не такая?
Один из самых ярких фрагментов спектакля — новелла «Погодите, вот спадет жара». Беженка с маленьким сыном целый год ждет разрешения пересечь границу. Ее жизненная трагедия никого не трогает: бюрократические проволочки оказываются сильней и страшней. Пронзительный и эмоциональный монолог молодой женщины насквозь проникнут антивоенными настроениями. На все казенные вопросы анкеты она отвечает фразами в духе «Моя национальность – это птицы, их не останавливают на границе». Выжить в агонии гражданской войны, чтобы затем умереть из-за последствий бумажной волокиты — это ли не самое страшное?
О семейном счастье на фоне волшебного сказочного сюжета о морской царевне, пленившей сердце беспечного фотографа, повествует одноименная история. Любить одну-единственную женщину всю жизнь и даже не заметить, как промчались годы, и молодость уступила место старости – прекрасно, не так ли? Даже сама смерть подкрадывается незаметно, подменяя одну форму существования другой. Одинокая немолодая вдова, которая и была когда-то той самой морской царевной, вспоминает минувшие счастливые дни со словами: «Когда мы старимся с человеком, которого любим, то не замечаем этого».
Особенный отклик нашла у публики новелла «Я больше не твой милый зайка». В основе лежит весьма провокационный момент: сюжет строится вокруг темы секса с довольно откровенными и фривольными репликами. Но ошибочно полагать, что история упирается в пошлость и неуместный эпатаж. Все гораздо серьезней и глубже. В самом деле, мужчины и женщины — разные по природе своей создания. По всей видимости, это все же не пустые слова, не расхожий штамп. Нам не понять друг друга, мы хотим разного, видим одни и те же явления иначе. Единственный момент истинного единения мужчины и женщины — акт физической близости. Но лишь только стоит ему закончиться, вновь наступает трагическое непонимание.
И совершенно невероятный финальный монолог от имени Иисуса, ставящий точку в спектакле. «У меня ничего не болело, и я ждал смерти»- так называется эта заключительная часть. Пробирающий до дрожи текст читается с листа нарочито будничным, отстраненным и небрежным тоном. Ощущения Христа с момента распятия и до бесконечности. Он ждал смерти, а она все не наступала. Он хотел покоя и погребения, а люди возвели вокруг его тела храм и начали поклонение. «Я не мог понять, почему все эти люди молятся о моем воскрешении, если я еще не умер»- так говорит Иисус. И эта мысль заставляет нас пересмотреть свое отношение к религии и вере.
Двенадцать историй. Таких, казалось бы, разных, но связанных невидимой надсюжетной линией. Что есть наша жизнь? Чего в ней больше: смеха или слез? Достижимо ли счастье? Есть ли справедливость в этом мире? Все глобальные вопросы об устройстве мироздания занимают зрительский ум во время спектакля и после его окончания. Кажется, все невероятно сложно и вместе с тем — невыразимо просто. До высшей точки.
Марина Константинова, специально для MUSECUBE