Бакулин Егор Владимирович

В нашей беседе о сочетании театральной и «киношной» работы в жизни современного актера Егор не раз меня удивил. В его театральной карьере есть спектакли, о которых много пишут и говорят: «Мыльные ангелы», «Доходное место», «Ваал». Он сыграл заглавную роль в питерской постановке «Шута Балакирева» по пьесе Григория Горина на сцене академического театра им. В. Ф. Комиссаржевской. При этом на вопрос о самой дорогой для себя роли он ответил совершенно неожиданно:
— После окончания курса Анатолия Самойловича Шведерского в СПбГАТИ я учился у Вениамина Михайловича Фильштинского в аспирантуре. Фильштинский ставил тогда лирическую комедию «Безымянная звезда», и я получил в ней маленькую роль. Я играю Икима, работника начальника станции. Я хожу по второму или третьему плану, у меня лишь несколько реплик… Но, как когда-то мне объяснил Фильштинский, я создаю атмосферу этого город¬ка. У моего героя своя логика и необычные мотивы поступков… Он, как и главный герой, влюбляется в оказавшуюся на перроне девушку. И я приношу для Моны цветы, которые так ей и не дарю, а она на прощание обращается и ко мне: «Пока, пока, Иким!..». Это совсем маленькая роль, но она моя самая любимая.
— Егор, правда, что счастьем в личной жизни вы обязаны кино?
— Правда. Со своей женой я познакомился во время съемок. Пять лет назад я снимался в трех исторических проектах подряд: сериалах «Секретная служба Его Величества» и «Мушкетеры Екатерины», и полнометражной картине «Александр. Невская битва». Это была увлекательная работа, с костюмами, экспедициями. В «Мушкетерах Екатерины» по сюжету у каждой из четырех фрейлин императрицы был свой возлюбленный. Одного из них — Коленьку Демидова — играл я.
— И кино-любовь перешагнула с экрана в жизнь?
— Нет, по сценарию я был влюблен в самую боевую фрейлину, Борщеву, а в жизни моей супругой стала другая представительница блистательной четверки, Светлана Башмакова, которая играла фрейлину Ховрину. Со Светланой мы встретились в гримвагоне, передвижной актерской гримерке. В первый раз мы увидели друг друга через зеркало… А в следующем проекте я играл боярина-смутьяна. Вместе с Артуром Вахой мы сидели в павильонах «Лендокна-учфильма» во всех этих бородах, усах и шапках и подбивали народ против князя Александра. А у Светланы была главная роль — она играла княжну Александру. Ну а в перерывах между съемками мы встречались. Втайне от всех.
— Об актерской профессии многие мечтают в детства, а потом отказываются от мечты в пользу чего-то более приземленного. Расскажите, как вы решили стать актером.
— Актерство пришло ко мне неожиданно. В школе я прекрасно учился, занимался музыкой, спортом, боевыми искусствами. Музыкальную школу я заканчивал по классу скрипки, а в фольклорно-этнографическом ансамбле «Забава» играл на балалайках и бубнах. Когда мне было лет 12-14, в ансамбль пришли ребята с театрального факультета Саратовской консерватории, который выпускает актеров. Я смотрел тогда на этих парней и был поражен тем, какие они классные, лишенные любых комплексов, свободные! Тогда-то я понял, что пойду либо по пути отца — спортсмена, либо по пути матери — она актриса, мастер художественного слова. Я пришел к отцу и сказал, что поеду в Москву поступать в физкультурный институт. Ответ отца, заслуженного тренера России по гребле на каноэ, был прост: «Профессиональным спортсменом ты не будешь». «Хорошо, — продолжил я, — тогда пойду в театральный».
— Вы поступали учиться в Саратовскую консерваторию, но при этом являетесь выпускником Санкт-Петербургской Академии театрального искусства. Как это получилось?
— В Петербург меня, первокурсника, привезла мамина приятельница, которая была убеждена, что учиться актерской профессии стоит лишь в столичном городе. Меня, как желающего перевестись в город на Неве из Саратова, взял на заметку мастер курса Анатолий Самойлович Шведерский. Мне повезло — на первом курсе театральной академии был дефицит «штанов».
— О каких штанах речь?
— Ну, мальчики на курсе, конечно, были… А мужика не было. А тут к Анатолию Самойловичу вдруг приехал мужик из Саратова…
— Обучаясь в театральной академии, думали о кино?
— Конечно, думал, мы все о кино мечтали. Анатолий Самойлович очень дружил с Александром Сокуровым и часто приглашал его на курс. Сокуров беседовал с нами: «Ребята, вы хотите быть актерами? Задумайтесь!» И теперь я понимаю, о чем он говорил. Когда ты студент, ты видишь себя уже успешным актером, и кажется, что у тебя все получается. А потом, когда институт заканчиваешь, понимаешь, что все не так просто. Я до сих пор на вопрос «Ты актер?» отвечаю: «Я хочу быть актером». Да, я получил диплом, работаю в театре, но актер — это намного серьезнее. А про кино… Конечно, мы хотели сниматься, у нас горели глаза! Мы убегали с занятий на пробы. Про любой съемочный день в сериале думалось: «Вот оно! Сейчас я здесь в очереди постою, в массовке, и начнется!».
— Теперь отношение к съемкам изменилось?
— И к фильмам, и к съемкам, и к работе актера. У нас снимают хорошие сериалы, но их единицы. А тот водопад кинопродукции, который обрушивается на телезрителя, в основной массе — низкого качества, но… У меня есть семья, я должен за нее отвечать. А это значит, что я опять буду на экране бандитом или милиционером… Хотя я примерил и мор¬скую форму. Еду в Туапсе на съемки сериала «Береговая охрана». Режиссер и продюсер — Алексей Викторович Козлов. Мой герой — старший лейтенант Иваненко, командир корабля.
— Егор, а курьезы случаются, когда вас на улице люди узнают?
— Меня узнают в те моменты, когда показывают сериалы. Был забавный случай — на почте. Я стою в очереди, скромно одетый и неприметный. Ко мне подходит крупный мужчина, смотрит в упор, а потом, с размаху ударив меня по плечу, протягивает руку и говорит: «Поздравляю! Хорошо ты его сыграл». Тут до меня доходит. Как раз в это время идет сериал «Чужой район», и там у меня такой яркий персонаж — милиционер-оборотень. В последних сериях меня и пытают, и избивают, а потом главный герой, милиционер, которого играет Денис Рожков, меня спасает, и я подписываю признания во всех своих злодеяниях.
— Вы так увлекательно говорите о своем отрицательном персонаже…
— Бабу-Ягу играть интереснее, чем принцессу, у нее больше возможностей… Герои и героини могут только бровками поводить, а злодеи — личности многогранные: в чем-то глубоко отрицательные, а в чем-то и положительные. А мне, с моими внешними данными, злодеи, по-моему, удаются лучше.[b]- Значит, роль вашей мечты — это образ какого-то злодея?
— Конкретного персонажа назвать сложно. Современная режиссура так «своеобразна»! Но я знаю, ЧТО я хочу сыграть. Хочу сыграть силу и бессилие. Чтобы были процессы в судьбе персонажа: сначала бессилие, а потом он какую-то силу получил, духовную или физическую, или наоборот, силу потерял. Хочу сыграть героя, который выходит из сложных ситуаций с достоинством. Хочу сыграть Человека, который со всеми своими недостатками и сложностями имел бы мечту и стремился к ней, умел чувствовать и любить… Я хочу сыграть настоящую любовь. В классических пьесах все это есть.
— Егор, а для вас имеет значение, как мечта будет реализована: на сцене театра или в кино?
— На самом деле нет. Конечно, в театре больше возможностей реализовать именно то, что задумал. Можно работать над ролью от спектакля к спектаклю. Кино сейчас — сиюминутное творчество, там нет репетиций, многочасовых бесед с режиссером, но, при этом, кино — более массовое искусство, и оно дает уникальную возможность поделиться с самой широкой зрительской аудиторией тем, что ты вкладываешь в свою роль.А.Моляева. «Я хочу сыграть любовь»/ Интервью с актером театра им.В.Ф.Комиссаржевской Егором Бакулиным// Русский экран, №9, сентябрь 2012. С.62-65